Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Книгочей-1

О познавательной способности ангелов

Немного о познавательной способности ангелов:

«Здесь я просил бы позволения высказать одно свое странное предположение. Мы имеем некоторое основание думать (если можно сколько-нибудь верить сообщению о вещах, которых не может объяснить наша философия), что духи могут облекаться в тела различного объема, формы и строения частиц. Не заключается ли одно большое преимущество некоторых из них перед нами в том, что они способны создавать и формировать себе такие органы ощущения, или восприятия, какие подходят им для их данной цели и состояния объекта, который они намерены рассмотреть? В самом деле, как превосходил бы всех других своими знаниями человек, который обладал бы способностью так изменять строение своих глаз (только одного [органа] чувств), чтобы оно было приспособлено ко всем различным степеням зрения, которые мы научились схватывать при помощи стекол (случайно обнаружив их). Сколько чудес открыл бы тот, кто мог бы так приспособить свои глаза ко всем видам объектов, чтобы видеть, когда ему будет угодно, форму и движение мельчайших частиц в крови и других соках животных так же явственно, как он видит в других случаях форму и движение самих животных! Но если бы в нашем теперешнем состоянии неизменные органы были так устроены, чтобы обнаруживать форму и движение мельчайших частиц тел, от которых зависят чувственные качества, замечаемые нами в них теперь, то это, быть может, не дало бы нам никакой выгоды. Бог, без сомнения, устроил наши органы так, как это всего лучше для нас в нашем настоящем состоянии. Он привел нас в соответствие с телами, которые нас окружают и с которыми мы имеем дело. И хотя мы не можем со своими способностями достигнуть совершенного знания вещей, однако они служат нам достаточно хорошо для указанных выше целей, которые имеют для нас важное значение. Я прошу у читателя прощения, что излагаю перед ним такую дикую фантазию относительно способов восприятия у стоящих выше нас существ. Но какой бы странной она ни была, я сомневаюсь, что мы можем представлять себе что-либо о познавательных способностях (knowledge) ангелов как-нибудь иначе, чем сообразно тому, что мы находим и наблюдаем в себе самих. И хотя мы не можем не признавать, что бесконечная сила и мудрость божия в состоянии сотворить существа со множеством других, непохожих на наши способностей и путей постижения внешних вещей, однако наше мышление не может идти дальше наших собственных способностей - до такой степени невозможно нам расширить даже сами свои догадки за пределы идей, полученных от своих собственных ощущений и рефлексии. По крайней мере не должно ошеломить нас предположение, что ангелы иногда облекаются в тела: некоторые наиболее древние и наиболее ученые отцы церкви, по-видимому, верили, что у ангелов было тело; достоверно же то, что способ и вид их существования нам неизвестен».
[Джон Локк ʺОпыт о человеческом разуменииʺ, стр. 354-355]


Лейбниц не прошел мимо этого параграфа и вставил свое замечание:
Collapse )
Книгочей-1

(no subject)

«…в марте 1764 г., Екатерина попыталась внести в реестр лифляндского и эстляндского дворянства пятнадцать офицеров — большей частью немцев и шведов родом из мещан — на том основании, что они дослужились до чинов, дающих дворянство по Табели о рангах. Императорский указ об этом вызвал в Лифляндии бурю протеста, но все-таки вступил в силу, хотя упоминание Табели о рангах убрали из окончательного текста. Мысль о том, что в Лифляндии можно стать дворянином по Табели о рангах, была еще слитком оскорбительной для сословных прав местного дворянства. Менее обидным казалось прямое возведение мещанина в дворянское достоинство волею самодержицы»
[Исабель де Мадариага ʺРоссия в эпоху Екатерины Великойʺ]

Как я понял речь идет об этом указе от 4 марта 1764 года (Сенатский архив, том 14: Указы и повеления императрицы Екатерины II за февраль-декабрь 1764 года, 1910, стр. 70-71):

Collapse )
Книгочей-1

Шут Гундлинг

Шут Гундлинг
В своих ʺПисьмах к немецкой принцессе…ʺ Леонард Эйлер не без легкой горечи, но с видом победителя в 1761 году констатирует:
«В свое время система предустановленной гармонии пользовалась таким широким признанием, что все те, кто хотя бы подвергал ее сомнению, слыли невеждами или вольнодумцами весьма ограниченного ума».

А потом рассказывает следующую историю:
«…Стоит упомянуть один интересный случай, произошедший еще при покойном короле (Фридрихе Вильгельме I – А.М.), когда г-н Вольф преподавал в Галле систему предустановленной гармонии. Король осведомился об этом учении, которое пользовалось тогда широкой известностью. Один придворный объяснил Его Величеству, что, согласно этому учению, все солдаты не более как простые машины; и если некоторые из них дезертируют, то это объясняется особенностями их телесного устройства; поэтому было бы несправедливо их наказывать, поскольку это то же самое, что наказать машину, производящую то или иное движение.
Король, услышав это, был так возмущен, что приказал изгнать г-на Вольфа из Галле, пригрозив ему виселицей, если он не выедет через 24 часа. Тогда этот философ нашел себе прибежище в Марбурге…».
[Леонард Эйлер ʺПисьма к немецкой принцессе…ʺ]

Collapse )
Книгочей-1

(no subject)

«В свое время спор о монадах был столь оживленным и всеобщим, что о них с жаром говорили в любом обществе и даже в кордегардиях. При дворе почти не было дам, которые не высказывались бы за или против монад. Одним словом, повсюду спор переходил на монады, и только о них и говорили.

Королевская Академия в Берлине приняла самое деятельное участие в этих спорах. У нее было в обычае предлагать ежегодно тему и присуждать премию — золотую медаль в пятьдесят дукатов — тому, кто, по ее мнению, представил наилучшее рассуждение на данную тему; на 1748 год она предложила вопрос о монадах. Было представлено большое число трактатов на эту тему, и для рассмотрения их покойный президент г-н де Мопертюи учредил особую комиссию, поставив во главе ее ныне покойного г-на графа де Дона, обергофмейстера двора Ее Величества королевы. Будучи беспристрастным судьей, граф де Дона рассмотрел с крайней тщательностью все доводы, выдвинутые как за, так и против монад. Наконец пришли к заключению, что доказательства, которые должны были подтвердить существование монад, настолько несостоятельны и химеричны, что все принципы наших знаний были бы этим ниспровергнуты. Поэтому решили одобрить противоположное мнение, и премия была присуждена г-ну де Юсти, который выдвинул наиболее убедительные возражения против монад.

В. В. (Ваше Высочество) легко поймет, что этот шаг Академии вызвал необычайное раздражение у сторонников монад во главе с великим прославленным г-ном Вольфом, считавшим себя столь же непогрешимым в своих суждениях, как папа Римский. Его приверженцы, которые в то время были более многочисленны и более воинственны, чем теперь, во всеуслышание обвинили Академию в несправедливости и пристрастии; глава же их чуть не обрушил громы философской анафемы на всю Академию. Я уж не помню, кому мы обязаны тем, что этого удалось избежать».
[Леонард Эйлер ʺПисьма к немецкой принцессе…ʺ]

Collapse )
Книгочей-1

(no subject)

"Слово инерция было вначале введено в науку теми, кто утверждал, что всякое тело стремится к покою. Они уподобляли тела ленивым людям, предпочитающим отдых работе, и приписывали материальным телам некое отвращение к движению, подобное той неприязни, которую испытывают ленивые люди к труду. Слово «инерция» означало примерно то же самое, что «леность». Хотя с тех пор уже удостоверились в ошибочности такого мнения и признали, что тела стремятся сохранить свое состояние равным образом и в покое, и при движении, то же слово инерция осталось для обозначения общего свойства всех тел не изменять своего состояния, будь то покой или движение. Инерцию следует представлять себе как некое «отвращение» ко всему, что может принудить тела изменить их состояние..."
[Леонард Эйлер ʺПисьма к немецкой принцессе…ʺ]
Книгочей-1

(no subject)

Все-таки, XVIII век в Европе – это век философов, никогда, ни до, ни после, философы не имели такого влияния на правителей больших и малых государств. Не все конечно. Вольтер, Монтескье, французские энциклопедисты в первую очередь. Но, не только, были и второстепенные ʺфилософыʺ игравшие с второстепенными государями.
Как пишет Клаус Шарф ʺ… именно эти «философы» выносили решение о том, какие дворы их эпохи достойны считаться просвещеннымиʺ
ʺКроме того, общественное значение «философов» покоилось на присвоенном ими праве решать за потомков, кто из правителей – крупных мыслителей того времени – мог рассчитывать на посмертное признание своего исторического величия и «бессмертие»… C учетом их секуляризированного миропонимания, они в своей самонадеянности позволяли себе даже языковые игры сакрального свойства, называя себя «верховными жрецами», которым позволено решать вопрос о принадлежности к «универсальной церкви Просвещения» и «посвящать» в свою «религию» новых членов. Не кто иной, как писатель Фридрих Мельхиор Гримм, недооцененный историографией в силу, с одной стороны, немецкого происхождения, с другой – франкоязычности своего творчества, занимался «миссионерством» среди немецких князей – и прежде всего княгинь, – а также правящих особ немецкого происхождения, занимавших престолы от флорентийского до петербургского. Благодаря великолепному дару коммуникации ему удавалось устанавливать и поддерживать контакты между просветителями и дворами, внушая обеим сторонам этого предприятия мысль о собственной незаменимостиʺ.

Collapse )
Книгочей-1

Нравы и либертинаж XVIII века

Нравы и либертинаж XVIII века

Из книги Мишеля Делона ʺИскусство жить либертенаʺ:

«Правосудие того времени квалифицирует как обольщение то, что мы называем сегодня изнасилованием, оно имеет тенденцию усматривать женское согласие в том, что ныне мы расцениваем как чисто мужское насилие.
    Жорж Вигарелло напомнил нам о точке зрения таких людей, как Вольтер и Дидро, которые тоже отказывались слишком громко выступать против изнасилования. Первый приводил в качестве примера шпагу, которая не может войти в ножны, если они не находятся в состоянии неподвижности; автор же «Нескромных сокровищ» заставляет говорить женское «естество», чтобы оправдать предприимчивых любовников: «Сдаться можно, лишь капитулировав, и, пока крепость хоть немного защищается, ее совершенно невозможно взять никакой силой». И в том и в другом случае лексика остается военной, а насилие того, кто носит шпагу, допускается или, по крайней мере, представляется терпимым. Лишь отягчающие обстоятельства вызывают осуждение: изнасилование девственницы, несовершеннолетней и, самое страшное, малолетней вызывает действия правосудия, которое строго наказывает насильника, а — в случае проституции — также и саму шлюху. Впечатление безнаказанности, которой пользовались привилегированные классы, возникает потому, что они имели многочисленные рычаги давления на машину правосудия, а также потому, что денежная компенсация позволяла закрыть любое дело. Тот, кто в состоянии платить, может соблазнять, сколько ему вздумается
».

В качестве примера:

"Стекольщик Менетра и его друг случайно замечают двух любовников, совокупляющихся в густом кустарнике, или, как говорится, «занятых делом». Молодой человек «предусмотрительно положил обнаженную шпагу рядом». Менетра отпускает шутку, на которую потревоженный любовник реагирует весьма нервно. «[Мой друг] в ответ на эту наглость схватил тогда его шпагу, и мы заставили его пожалеть о собственной наглости, потому что по очереди завладели телом молодой особы, которой не дали времени прийти в себя». Сцена разворачивается как стычка самцов в лесу, который в сознании того времени является местом свободы и анархии. Менетра не осознает, что совершает преступление. Вместе со шпагой он получает право наслаждаться женщиной. Совершив двойное изнасилование, друзья благоразумно возвращают оружие его владельцу".

Collapse )
Книгочей-1

Андрей Болотов и проблемы становления субъектности в России XVIII века

Почитайте, если будет время, мою статью про Андрея Болотова
Здесь можно скачать первую часть:
https://philosophy.hse.ru/article/view/6872

Или весь номер (весьма интересный) журнала "Философия. Журнал Высшей школы экономики" с отдельными статьями можно скачать здесь:
https://philosophy.hse.ru/issue/view/609

Вторую часть можно скачать здесь:
https://philosophy.hse.ru/article/view/7062

Или весь номер (весьма интересный) этого журнала можно скачать здесь:
https://philosophy.hse.ru/issue/view/621
Книгочей-1

(no subject)

ʺживотные делятся на…ʺ (с)
Причины сумашествия по данным об умалишенных в Казанской губернии. Из "Журнала Министерства внутренних дел". 1836 год (данные за 1835)
нашел здесь

Любопытно, как эта классификация соотносится с современной номенклатурой психических болезней: особенности поведения, отклонения по которым определяли наличие заболевания, симптомы, внешнее признаки, признаки понятные только специалисту, осложнение, выздоровление и т.д.
Collapse )
Книгочей-1

Способы чтения XVIII века

Вот здесь (по двум ссылкам ниже) рассказывается о взаимоотношениях Анны Евдокимовны Лабзиной (в девичестве Яковлевой, по первому мужу Карамышевой) со своим первым мужем Александром Матвеевичем Карамышевым, человеком вольных нравов, либертином в духе российского XVIII века, и одновременно ученым, химиком, геологом и проч.
http://shakko-kitsune.livejournal.com/1130177.html
http://shakko-kitsune.livejournal.com/1131141.html

Любопытны первые комментарии ко второму посту, после того, как стали видны ученые заслуги Карамышева. То ест, Карамышев сразу перестал быть развратников, распутником, растлителем и прочее, а превратился в добропорядочного человека, а Лабзина стала ханжой, не понявшей своего счастья (и тонкую душу мужа, заодно).

И Лотман тоже мужа оправдывает: «Во всех подробных мемуарах мы не находим ни одного слова о том, что составляло основу жизни Карамышева». И руки у него были грязные не от того, что он в карты играл, а от того, что лабораторными экспериментами занимался, а его попытки склонить жену жить в мире ʺсвободной любвиʺ, выбрать себе любовника, стать любовницей другого человека – это воспитание погрязшей в предрассудках отсталой женщины в духе новых идей и т.п.: ʺКарамышев приобщал свою молодую жену к противоположной системе взглядов и поведения — к свободомыслию и вольнодумствуʺ, однако делал это слишком жестко: ʺОднако и добронравие, и свободолюбие внедрялись в душу и ум девочки-женщины с напором, напоминающим насилиеʺ. Мягкий оборот ʺнапоминающий насилиеʺ Лотман все-таки меняет на более точный: ʺС такой же прямолинейностью и грубым насилием Карамышев пытался «отучать» свою жену и от других «предрассудков»ʺ и т.п. (все цитаты из: ʺБеседы о русской культуреʺ)

Collapse )